Trinity Blood

Объявление

ВНИМАНИЕ! МЫ ПЕРЕЕХАЛИ НА https://trinityblood.forum2x2.ru/index.htm это значит, что все новые работы будут выкладываться там и только там.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Trinity Blood » Творчество: фанфики » Стальные гончие. Эп. 1


Стальные гончие. Эп. 1

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Персонажи и весь мир принадлежат Сунао Йошиде.
Автор: Сфорца
Рейтинг: не обнаружено
Жанр: альтернативная вселенная

http://static.diary.ru/userdir/2/9/3/5/293593/20881838.jpg

1.

В последний момент механическая рука дрогнула, пистолет опустился на сантиметр.… И разрывная пуля уткнулась не в шею противника, куда целился Трес, а в грудь. Плохо, сбоит система наведения. И он стреляет еще два раза. На залитый темно-красной жидкостью пол падают два куска, еще пару секунд назад бывшие одним целым. Бывшие телом совершенным и, наверно, красивым. По крайней мере, так говорили окружающие. Так говорил епископ Гарибальди. Создатель. «Мы совершенны», - повторил себе Трес Икус, опуская пистолет и чувствуя, как внутри медленно спадает напряжение, как исчезает застилавшая глаза кровавая дымка и успокаивается взбесившийся разум.
- Миссия выполнена.
Холодный взгляд на поверженного противника. Они похожи, как две капли воды. Homo Caedelius, Куклы-Убийцы, первоначально им были поставлены одни и те же программы. На этом сходство заканчивалось. Дальше начинались индивидуальности.
Взгляд Дуо Икуса пуст, хотя он еще жив. Трес снова поднимает пистолет – лучше добить, чтобы не мучался. Так делают люди...
«Я не позволю тебе сломаться»...
Чуть слышный мелодичный голос... Он резко обернулся, как громом пораженный. Поиск объекта. Но сенсоры молчат.  По соединениям прошли импульсы, похожие на человеческую дрожь, когда Трес сообразил, что голос раздается в его собственной голове.
За голосом пришел образ. Белые, расшитые золотом кружева, тяжелое алое платье, пряди цвета золота, изящно очерченные губы и глаза – глубокие, задумчивые, необычайно серьезные и... ласковые... Не позволю...
Трес снова посмотрел на Дуо, плававшего в луже собственной крови.
... Эта питательная жидкость – их кровь. Но почему она... красная?..
Киборг Инквизиции умирал. Как когда-то умирал сам Трес. Но к нему пришли и забрали из того места.
... Ты хочешь умереть или вернуться к людям? – шевелятся ее губы.
- Я хочу жить...
Трес вздрогнул и уставился на Дуо.
- Я хочу жить, - повторил тот с отсутствующим взглядом. – Хочу жить...
- Ты сделал выбор, НС-IIX, - патер Икус неуклюже опустился на колени рядом с братом....
***
Дуо видел сон. Достаточно странно, ведь киборгам сны не снятся. Не должны сниться. Разве что когда в программах возникают какие-то аномальные ошибки – следствие вмешательства органического мозга, по словам епископа Гарибальди. «Вы – более совершенные воины. Люди-машины. Киборги». Ни то, ни другое. Все вместе. Более совершенная форма жизни.
«Я не позволю тебе сломаться...»
Знакомый голос, знакомая фраза.… Где он это слышал?
... Ты хочешь умереть или вернуться к людям?
Жить... Только жить и выжить! В поле зрения появляется чья-то белая рука, маленькая, изящная и хрупкая. Сознание подсказывает, что за эту руку нужно ухватиться и не выпускать... Дуо тянется к ней и... внезапно видит всю фигуру.
Алое с белым, золото, драгоценные камни и спокойное лицо с толикой макияжа – кардинал Катерина Сфорца, герцогиня Миланская. По соединениям прошли электрические импульсы, имитировавшие дрожь...
... Картинка внезапно обрела резкость, наполнилась звуками. Он проснулся.
Кардинал не исчезла со сном. Она стояла рядом и, скрестив руки на груди, внимательно кого-то слушала. Взгляд киборга скользнул по точеному профилю Катерины.
- ...Тяжело, но надежда есть. Я использую запасные части Треса, но их еще нужно собрать. … А пока подключу его к аппаратуре.
- Один вопрос, Наставник,– мягкий голос справа. - Нужно ли нам это?
- Нуууу...
Сфорца шевельнулась, тонкий палец постукивает по подбородку.
- Трес, что скажешь? В конце концов, это ты его сюда приволок.
Дуо стал осторожно поворачивать голову, пока оптические сенсоры не зафиксировали НС-IIIX в другом конце помещения. Лаборатория профессора Вордсворта?
- Позитив. Я счел, что НС-IIX слишком уникален, чтобы его пустить в расход. После перепрограммирования он будет полезен Аксу, - голос Треса спокоен и излучает холод.
Но люди ошеломлены, Дуо это чувствует. Даже та, которую за глаза называют Железной Леди.
- Э-э... Трес, я знал, что ты циник, но не предполагал, что настолько... – бормочет Вордсворт.
- Не понял вашей реплики, Наставник.
- Никто из нас не додумался бы до такого «позаимствования» киборга Инквизиции, - тот же мягкий голос. – Но это сопряжено с рядом сложностей. Например, как объяснить инквизиторам, что у нас делает их товарищ. А всем остальным – почему патер Трес время от времени появляется одновременно в двух местах.
- Постойте-постойте, вы оба соображаете, о чем говорите? Трес, по-твоему, перепрограммирование – это так просто?
- Негатив. Но я знаю ваши возможности и интеллект. Вы сможете это сделать.
- Комплименты можешь попридержать, - Дуо кажется или… или Вильям Вордсворт возмущен? – Ты мне предлагаешь изменить его личность, дать ему новое сознание, а это...
- Это этическая диллема, - Сфорца оперлась об операционный стол, на котором лежал Дуо. – Мы говорим не о каком-то тостере или роботе, а об искусственном человеке. Я не прочь обзавестись вторым киборгом НС, но не таким путем.
- Когда его починят, он снова станет опасным и доставит нам немало неприятностей, - Дуо наконец-то сумел разглядеть обладателя мягкого голоса. Вацлав Гавел. Верующий.
- Иными словами, Трес, лучше бы ты его пристрелил, - резюмировал Наставник.
- У меня возникли неполадки в системе наведения.
- Ну да, а я – Папа Римский, - Треса на мгновение заслонила фигура Вордсворта. – Вот видишь вот этот шланг? Три миллиметра, Трес, и над ним бы уже склонялись ангелы. Или демоны. Ты промахнулся на три миллиметра. Я бы сказал, хирургически точная промашка.
- Вильям, сейчас это не имеет значения, - вздохнула Катерина. – Он жив, и нам надо решить, что с ним делать.
- Вернуть Инквизиции, - Гавел. – Но предварительно… немного покопавшись в его мозгах. Готов поспорить, что мы узнаем немало нового.
- Вот это мне больше нравится, - Вордсворт отошел, Дуо снова увидел брата.
Глаза киборгов встретились, и Трес спокойно сказал:
- Он очнулся.
Сфорца резко повернулась и склонилась над инквизитором-киборгом.
- Ох, нет... эта инквизиторская жестянка все слышала... - вздохнул Наставник. – Кажется, его придется вернуть Медичи безо всяких процедур...
Дуо смотрел в серые глаза кардинала, изучавшие его.

2

***
Гавел укоризненным силуэтом маячил у окна. Сфорца рассеянно листала какой-то отчет.
- Катерина-сама, вы делаете ошибку. Эта информация может оказаться жизненно важной для нас. И для вас.
- Я знаю, Вацлав. Даже будучи непригодной для официального обвинения Инквизиции в интригах, она очень полезна.
- Тогда почему вы не хотите использовать эту возможность? Второго шанса у нас не будет. Инквизиция восстановит своего киборга, и война закипит с новой силой.
- Потому что я не хочу быть похожей на моего брата, - Катерина резко поднялась и вышла из-за стола. – Который точно не упустил бы такого случая, если бы у него в руках оказался Трес... Я не хочу быть похожей на Гарибальди, который их создал! – с гневом и горечью добавила она. – Ты же был там тогда. Неужели все забыл?
Воцарилась тишина; высокий патер обхватил себя руками и как будто поежился.
- Нет, ничего я не забыл. Ни штурма, ни их лиц, ни... – он повернул голову к Катерине. - ... ни вас в луже крови с головой Треса на коленях. Ни тех долгих дней и ночей, когда Вильм пытался спасти его.
- Тогда ты понимаешь.
- Понимаю, - он сокрушенно покачал головой. – И иногда жалею, что мы не можем играть по их правилам.
Кардинал устало оперлась о стол, упавшие на лицо золотые пряди скрыли от Гавела ее профиль.
- У нас свои правила. И кое-что я из этой ситуации все же выбью.
Гавел вопросительно посмотрел на нее.
- Ступай, Вацлав, мне нужно поговорить с братом.
Патер поклонился и бесшумно вышел, оставив Катерину одну в полутемном кабинете.
Сгущались вечерние сумерки, из углов выползали тени, повсюду в городе зажигались огни. Катерина задумчиво поглаживала крест на шее. Мысли фокусировались на киборгах в лаборатории Наставника. Трес, конечно же, скоро вернется в строй и снова станет ее второй тенью. Вильям восстановил блоки эмоционального контроля, хотя долго удивлялся факту их отказа. Что такое могло произойти между двумя Икусами? Трес пока отмалчивался, Дуо даже не спрашивали... А следовало бы... И она спросит его. Причем не только об этом. Но сначала разговор с Франческо.

2.

Как и следовало ожидать, кардинал Медичи не очень обрадовался позднему звонку.
- Я надеюсь, это важно, - буркнула светло-голубая голограмма в центре кабинета.
- Если бы это не было важным, я бы не стала тебя тревожить в столь неподходящее время, - улыбнулась Катерина. – Скажи, Франческо, у тебя сотрудники на днях не пропадали?
- Нет, - почти сразу ответил Медичи. – А что?
- Один из наших патеров притащил с задания некого киборга... Точнее, часть его, - она намеренно сделала паузу, давая возможность Франческо подумать и встревожиться. – И этот киборг был в форме Инквизиции. Ничего не слышал?
Брат дернулся, стал мрачнее тучи, а из глаз, казалось, стали сыпаться молнии. Катерина скрестила руки на груди.
- Что будем делать?
Кардинал Медичи был человеком вспыльчивым, властным и достаточно умным, чтобы не тратить время на бесполезные маневры и словесные дуэли при столь очевидном раскладе не в его пользу.
- Чего ты хочешь?
- Много чего, Франческо, но умерю свои аппетиты, - голос Сфорцы стал по-деловому холодным. – Эрис Вазмайер. Инквизиция так и не отказалась от ее преследования и не сняла обвинений.
- Она ведьма! Пособница дьявола! – грохнул Медичи.
- Послушай меня, Франческо, - Катерина наклонилась к голограмме. – Мне нужно сделать только один звонок, и из брата Бартоломео вытряхнут все, что он знает, вместе с его мозгами и душой, если она у него есть. А там ведь есть много интересного, правда?
- Ты не посмеешь... Это не будет иметь юридической силы!
- Еще и как посмею. Ты ведь сделал бы то же самое с моим киборгом, верно? Эта информация не может быть использована для официального обвинения, но фактически она тебя уничтожит. Члены Совета и его Святейшество будут неприятно поражены, когда узнают, кто стоял за недавними беспорядками и замешан в этой истории с химическими веществами. Как думаешь, сколько ты после этого продержишься?
Выдержке кардинала Медичи можно было бы позавидовать. Гневные и оскорбительные слова так и не сорвались с его губ.
- Инквизиция снимет обвинения с Эрис Вазмайер. Что еще?
- Договор с Богемией. Ты поддержишь меня по всем пунктам.
- Этому не бывать! – процедил сквозь зубы Медичи.
- Ты хорошо подумал? – прищурилась Сфорца, наблюдая, как брат пытается совладать с собой.
- Хорошо... Что еще?
- Все. Завтра утром можешь забрать своего подчиненного. Сегодня он останется под наблюдением наших специалистов, они пытаются стабилизировать его состояние, - ответила Железная Леди. – Спокойной ночи.
- Катерина.. Подожди, - в голосе Медичи что-то изменилось.
Брови Сфорцы вопросительно изогнулись.
- Почему?
- Потому что я все же человек, - коротко ответила кардинал и прервала связь.
В полумраке поблескивало золотое шитье и драгоценные камушки на белоснежных перчатках. Но Катерина видела на них багровые пятна. Как в тот день, пять лет назад. Она сжала кулаки и вышла из кабинета. Оставалось еще одно дело.

3

***
Сны не отпускали Дуо. Согласно всем признакам, он бредил. Но разве киборг может бредить? Трес ведь ничего не делал с его программами. Или… или Вордсворт все же добрался до него?
... Узкие плечи - их не может скрыть даже тяжелая кардинальская мантия. По красной материи струятся золотые волосы. Спокойный голос, в котором звенит сталь.
- Меня не интересует, как вы это сделаете. Мне нужны результаты.
- Но леди Катерина...
- Достаточно. Свободны.
Она поворачивается к нему и сокрушенно качает головой... К нему? Дуо Икусу?
... Вопль вампира больно бьет по чувствительным слуховым рецепторам. Слишком поздно – костяное лезвие уже несется в его сторону, и он понимает, что не успеет ни уклониться, ни перехватить его. И вдруг перед самым носом появляется черная сутана. Лезвие застревает в ней.
- Найтроуд.
- Трес.
... И опять она... Прекрасное грустное лицо, между бровями застыла скорбная складка, глаза смотрят устало. Киборгу кажется, что кардиналу холодно, и он подается вперед. И снова заглядывает в серые глаза...
- Как ты себя чувствуешь? – слышит Дуо тихий голос.
- Бывало и получше, - повторяет он некогда услышанную фразу-ответ именно на этот вопрос.
- Неудобно, - улыбается она. – Это ненадолго.
НС-IIX заморгал. Почему-то именно этот эпизод бреда казался наиболее реальным. И Сфорца говорила именно с ним, с братом Бартоломео. «Очевидно, мне все же повредили мозг. Таких аномалий никогда не было, - подумал киборг. – Я говорю с кардиналом Сфорцей, я ее вижу, хотя она здесь не может быть...»
- Что со мной будет?
- Ты вернешься в Инквизицию, - она смотрит на него с явным интересом. – Завтра за тобой придут, а сегодня… придется воспользоваться гостеприимством Акса.
Перед глазами появился образ потерявшего над собой контроль Треса, после чего слова «гостеприимство Акса» приобрели новое звучание. Дуо непроизвольно дернулся и почувствовал, как в виски вонзились иглы. Киборг издал странный звук, отдаленно напоминавший стон. И замер, ощутив прикосновение к щеке.
- Успокойся. Я не причиню тебе вреда, - «я» - это не только золотоволосая женщина перед ним. Это и вся ее организация. Трес в том числе.
Странно, но сейчас брат не стоит за спиной своей хозяйки. Она одна и... только теперь инквизитор заметил, что на Катерине нет ее роскошного кардинальского облачения. Простое темно-фиолетовое с золотой вышивкой по воротнику и манжетам платье. И лишь крест на шее говорит о принадлежности к духовенству.
Очень странный бред. Вряд ли реальная Катерина прикоснулась бы к нему. А между тем рука этой лежит на его щеке, и он даже ощущает ее тепло.
- Это кардинал Медичи приказал тебе помешать Тресу?
- Позитив, - машинально ответил Дуо и почти тотчас спохватился. Но было поздно.
Катерина кивнула.
- Вы с Тресом – своего рода братья, единственные уцелевшие из серии НС. И тем не менее ты пытался его убить, - вопрос-утверждение, приглашение продолжить мысль.
- Негатив. Я хотел его избавить от... – он запнулся. – От блоков эмоционального контроля.
- Почему? – кардинал не спускает с него внимательных глаз.
- Чтобы он перестал быть игрушкой в ваших руках, - говоря это, Дуо осознавал, что подписывает себе смертный приговор, но инстинкт самосохранения молчал.
Это всего лишь порождение его поврежденного мозга. Катерина – бред, разговор с ней существует только в его голове. Следовательно... он может себе позволить все высказать.
- А почему ты решил, что он – моя игрушка? – Сфорца склонила голову набок.
- Он утверждал, что является вашей машиной.
На лице Катерины появилась и пропала улыбка.
- Да, любимая поговорка Треса, когда надо прикинуться не очень умным, избежать прямых ответов на вопросы, которые ему не нравятся, и оправдать устроенный бардак, - она провела пальцем по щеке Дуо, стирая что-то. – Ты в это веришь?
Киборг смотрел на нее. С Тресом они не виделись пять лет, но это не мешало обоим наблюдать друг за другом через скупые хроники операций Акса и Инквизиции. Правда... как-то получилось, что за все это время они так и не столкнулись лицом к лицу. Но того, что слышал и видел Дуо, хватило, чтобы он стал испытывать к Тресу некое подобие презрения.
- Позитив.
Катерина пожала плечами.
- Я не буду тебя разубеждать – это ведь бесполезно, верно? Могу только предложить присмотреться получше и не спешить с выводами, - кардинал с непонятной нежностью пригладила волосы Дуо, повергнув киборга в еще большее недоумение…
Что. Она. Делает?
- Машины не имеют чувств, - продолжила герцогиня Миланская. - Они следуют заложенным в них программам, их логика строга и безупречна, в ней нет эмоционального фактора… - многозначительная пауза и испытывающий взгляд, от которого киборгу становится не по себе.
Странное ощущение. Почему? Она не может читать его мыслей, этого не может никто, но он все-равно чувствует себя неуютно.
- … Что ты сказал Тресу перед тем, как слетели его блоки эмоционального контроля?
Логика безупречна… в ней нет эмоционального фактора … Дуо уставился на Катерину. В логике машин нет эмоций. Она это ему пыталась сказать? Или – сказала? Но почему тогда Трес так цепляется за свою машинную составную? Кардинал явно шутила, когда говорила, что это просто отговорка НС-IIIX.
- НС Дуо Икус, что ты сказал Тресу? – голос Катерины все еще мягкий, но уже с повелительными нотками.
В памяти тотчас всплывает уже слышанная фраза с похожей интонацией.
- Достаточно. Свободны.
Она привыкла получать ответы на свои вопросы, причем максимально быстро.
- Я… - киборг замолчал, фиксируя внутри какое-то неприятное ощущение. Какой-то его части захотелось уменьшиться.
- Что ты ему сказал? – повторила свой вопрос Катерина.
- Что он подчиняется ничтожному органическому существу, которое хоть и имеет сходную с епископом Гарибальди структуру, но на самом деле никогда не достигнет его уровня. Что он пал, унизил не только себя, но и всех нас… И что… что вы в любом случае проиграете и без своей власти будете никем.
Все. Дуо закрыл глаза. Сейчас она вызовет сюда профессора Вордсворта и тем же мягким мелодичным голосом прикажет перепрограммировать его. Пусть это его сон, но легче от этого почему-то не стало.
Катерина убрала руку с его головы. Слуховые рецепторы киборга уловили шелест одежд – кардинал поднялась и стала расхаживать по помещению.
- В последнем предложении я слышу голос своего брата, - в ее голосе усмешка. – А до этого… ты говорил за себя?
Киборг открыл глаза и увидел, что Катерина остановилась у окна, обхватив себя руками. Такая тонкая и хрупкая, золотые волосы тяжелыми волнами сбегают по плечам, прикрывая полупрозрачные руки … В мозгу киборга что-то щелкнуло, вспыхнуло. Новые данные. Откуда они?

4

… Крик ужаса, белая фигура бросается вправо, он моментально вскидывает руку и нажимает на курок.
- Луиза!!!
Монахиню отбрасывает на стену, белое одеяние тотчас покрывается багровыми пятнами. Перед ним молодая женщина в алых одеждах, с роскошными золотыми волосами, заслоняет собой перепуганного мальчика. На голове того – папская тиара. 
- Назад, Алессандро.
- Объект опознан как Алессандро XVIII, Папа Римский.
- Сестра… - не то стон, не то всхлип, тонкие руки в белых с золотом перчатках вцепились в красные рукава. – Он пришел за мной! Ему нужен только я!
- Объект опознан как Катерина Сфорца, кардинал. Цели зафиксированы.
- Замолчи, - цедит сквозь зубы золотоволосая женщина-кардинал. – Ему нет разницы, он пришел сюда убивать.
Она пятится назад, отводя мальчика, остальная свита повторяет маневр кардинала и тоже отступает. Кроме нескольких ватикаНС--ких гвардейцев, которые решительно выступают вперед, перехватив поудобнее свои автоматы. Он наступает, берет на прицел женщину в красном, помечает остальные цели. С гвардейцами он разберется позже, сначала – Сфорца.
- Перехожу в режим «геноцид».
- Я бы этого не делал, - раздается справа тихий голос. – Катерина-сама, вы в порядке? Уведите, пожалуйста, его святейшество в безопасное место. Я займусь этим киборгом.
Помеха. Сфорца исчезла из прицела, но он все еще может поразить гвардейцев. Но они неожиданно отступают в темный коридор.
- Уходим. Будь осторожен, Абель, - перед тем, как уйти, женщина бросает на него пристальный взгляд. Она снова в его прицеле.
Он делает шаг к ней, пальцы лежат на курках, но дорогу преграждает высокий священник в черной сутане, в складках которой тускло поблескивают серебряные кресты. Длинные пепельные волосы почему-то вьются над его головой, создавая некое подобие диадемы. Непонятно. Но сейчас - неважно. У него есть задачи, которые поставил епископ Гарибальди и которые нужно выполнить. Он стреляет. Пули, одна за другой, впиваются в человеческое тело. Но священник почему-то не падает, хотя дрожит и смешно дергается. На бледном красивом лице грусть, глаза цвета замерзшего озера смотрят серьезно и сочувствующе.
- Не надо.
Жалкая органика… У нее нет ни малейшего шанса противостоять киборгу серии НС--. Универсальному солдату, не имеющему себе равных среди живущих под солнцем. Пули кромсают  священника, но он продолжает стоять. А затем пришла боль…
… Ее лицо…
«Я не позволю тебе сломаться»...
... Ты хочешь умереть или вернуться к людям?...

- Приказ: отступить. Операция отменяется. Вернуться в замок.
Один за другим приходят подтверждения от других. НС-IX, HC-IIX… HC-IVX, HC-VX…
- HC-IIX – HC-IIIX, почему не отвечаешь? Повторяю: отступить и вернуться в замок.
Дуо, как-всегда, проявляет больше заботы, чем все остальные.
- Позитив, HC-IIX, - ему наконец-то удается достать священника, обрушив на него арку подземного коридора.
Но в магазинах не осталось ни одного патрона. Отступать...

- Позитив, - теперь он остро сожалел о сказанном.
Катерина склонила голову на бок и снова усмехнулась.
- Спасибо за откровенность, брат Бартоломео. Люблю, когда говорят без уверток и в глаза.
Пауза. Серые глаза встретились с глазами карими. Дуо хочет отвести взгляд, но не может.
- Леди Катерина…
- Да? – она смотрит на него с интересом.
- Почему вы отпускаете меня? – спрашивая это, киборг подумал, что избавиться от Сфорцы на самом деле не так-то легко. Она еще долго будет незримо присутствовать в его памяти. Вместе с Тресом. Как наваждение…
- Потому что я не такая, как мой брат, - кардинал чуть пожала плечами. – Ты был бы счастливее, если бы я приказала прочистить тебе мозги и оставила у себя?
- Негатив.
- Я тоже так думаю. Кроме того, этот вариант породил бы массу других, совсем ненужных мне и Аксу проблем. Посему… для всех будет лучше, если ты вернешься в Инквизицию относительно целым. Это даже удобнее, - улыбнулась Катерина. – Твои собратья будут передо мной в долгу.
Коварная, опасная женщина… Хотя внешне кажется такой беззащитной, даже в окружении своих подчиненных. Особенно в окружении подчиненных, всех этих патеров в черном, каждый из которых, даже якобы неуклюжий растяпа Найтроуд, был грозной боевой единицей. Кардинал Медичи называл Акс сбродом. Не без основания, учитывая биографии его членов. Но этот сброд был очень опасным. И преданным той, которая собрала их в одну команду. К этому же сброду принадлежит и его брат. Дуо моргнул, фиксируя некое логическое несоответствие между тем, что говорил кардинал Медичи, и тем, что он видел сейчас. Что-то непохожи аксовцы на классический сброд, который десятками отлавливали инквизиторы во время рейдов.
Молчание. Катерина смотрит в окно, о чем-то размышляя. Дуо еще раз скользнул по ней взглядом и отвернулся. Пора бы и очнуться, этот сон-бред затянулся, и киборг чувствовал себя не в своей тарелке. Хотя проведенная экспресс-диагоностика систем показывала, что профессор Вордсворт свою работу сделал качественно. Но мобильность ему вернут уже свои. Аксовцы не хотели рисковать. Брат Андреас решит, что он тронулся, когда услышит о диагностике во сне.
Весьма кстати раздается стук открывающейся двери. Нарочито громкий, по мнению Дуо. Но он прерывает неудобную паузу, и киборг этому очень рад. Хотя такой поворот сюжета во сне... Киборг призадумался. Сон-бред становился слишком реальным.
Знакомые тяжелые равномерные шаги. Очень знакомые… Фигура в проеме. Сутана, высокий воротник, массивные наплечники, кресты, темно-рыжие, чуть растрепанные волосы…
- Патер Трес, - голос Катерины неуловимо изменился, стал теплее. – Как самочувствие?
- Все системы функционируют на 100 процентов.
Трес, затянутый в свою аксовскую униформу, как-всегда невозмутим. Карие глаза напоминают поверхность тихого озера, незамутненную рябью чувств и эмоций. Он направляется к Дуо и останавливается между ним и Катериной. Точно на идеальной линии огня, если бы у инквизитора было оружие. Заслоняет кардинала. HC-IIX чуть нахмурился. Брат подозревает, что он осмелится напасть на Сфорцу?
- Катерина-сама, Наставник хочет с вами поговорить.
Катерина кивнула. Пара прядок выбилась из прически и упала кардиналу на глаза. Дуо проследил, как она машинально убрала их, запомнил жест и снова сфокусировал взгляд на Тресе. А тот выжидающе смотрел на свою хозяйку. Та чему-то задумчиво улыбнулась и произнесла:
- Трес, тебе кто-нибудь говорил, что ты хитрец?
- Позитив. Вы, профессор Вордсворт, патер Гарсиа…
Сфорца подняла руку, и киборг умолк.
- Надеюсь на ваше благоразумие.
- Позитив.
У Дуо возникло то, что люди называют плохим предчувствием.
- Я не прощаюсь, брат Бартоломео, - донесся от двери голос Катерины, инквизитор приподнялся на локте.
Их глаза встретились, лицо кардинала снова озарила улыбка, насмешливая и ласковая одновременно.
- Позитив … леди Катерина, - по мнению Дуо, поведение Катерины было весьма нелогичным, учитывая взаимную неприязнь между Инквизицией и АХ. Хотя.. это всего лишь его сон. Или – нет?
Когда за кардиналом закрылись двери, оба киборга смерили друг друга оценивающими взглядами. Глаза Дуо сузились, на лице Треса - ангельское спокойствие.
- НС-IIX. С возвращением.
- HC-IIIX. Кардинал Сфорца действительно была здесь?
- Позитив.
И снова гнетущая пауза. Дуо Икус смотрел на двери и пытался привести в порядок неожиданно разбежавшиеся мысли. Он не спал и не бредил. Он действительно говорил с герцогиней Миланской. Настоящей Катериной Сфорцой. И выложил все, что думал.

5

3.

- Вы оставили наших мальчиков наедине? – спросил Вильям, едва Катерина вошла в кабинет, смежный с лабораторией.
От последней он был отделен стенкой из стекла с односторонней прозрачностью. Находившиеся в кабинете видели, что происходит в лаборатории, а те, кто был в лаборатории, не могли видеть ни кабинета, ни тех, кто там был.
Кардинал нарочито помахала рукой, разгоняя клубы ароматного табачного дыма.
- Вильям, ты опять все задымил, дышать нечем.
- Разве вы не для этого мне подарили трубку? – хитро сощурился Профессор. – До этого я не курил. Кроме того… я курю только первосортный табак с очень приятным запахом. Даже сестра Кейт это признала.
- Ну, если  твой табак понравился Кейт, то мне точно грех ворчать, - тихо засмеялась Катерина, занимая одно из кресел и разворачиваясь так, чтобы видеть происходящее в лаборатории.
- Может, не надо было...?
- Опасаетесь за свою лабораторию, Наставник?
- Позитив… Тьфу, конечно! Мне одного НС с лихвой хватает, а тут их двое, причем один вооружен, а у другого острый язык и удивительный для киборга запас язвительности.
Катерина вопросительно приподняла одну бровь. Вильям подтолкнул к ней пухлую черную папку.
- Я просмотрел всю нашу базу данных, залез даже в файлы Инквизиции и собрал информацию по нашему гостю. Занятно и просто удивительно.
- Например?
- Я не нашел ни малейшего упоминания об эмоциональных блоках, хотя теоретичеки Инквизиция могла столкнуться с такой же проблемой, что и мы, - Профессор выпустил в воздух пару ароматных колечек дыма.
- Вряд ли такая информация будет в свободном доступе, Вильям, - усмехнулась Катерина. – Франческо скорее удавится, чем признает, что его ведомство село в лужу.
- Я смотрел записи их технического отдела. Там абсолютно ничего нет.
Сфорца подперла щеку рукой, готовясь выслушать очередную лекцию. Вордсворт тем временем поднялся и мерять широкими шагами кабинет. Он явно был несколько возбужден.
- Меня заинтересовали столь явные различия между Тресом и Бартоломео. Изначально они ведь были идентичными. Все десять. Идентичное программное обеспечение, идентичные задачи, обучение – все! А теперь… Посмотрите на этих двоих. Они разные, даже внешне. Я осмелюсь говорить о разных характерах, хотя меня засмеяли бы даже на Альбионе.
- Наставник, вы забываете, что у них человеческие мозги, - раздался голос появившегося в кабинете Вацлава Гавела.
Верующий поклоном приветствовал Катерину и Вильяма, затем бросил короткий взгляд на киборгов в лаборатории.
- Я помню, Вацлав. В конце концов, я читал все отчеты по исследованиям епископа, чтоб его.., - профессор поежился. – Но они не объясняют, почему Тресу понадобились блоки эмоционального контроля, а Бартоломео – нет. И почему эти блоки отказали.
- Бартоломео сказал Тресу пару гадостей обо мне, - молвила Катерина. – Как я понимаю, после этого все и началось. Вывод сам напрашивается: Трес более чувствителен, чем его брат.
Вильям почесал затылок.
- И очень ревностно оберегает свои идеалы…Интересные дела творятся в Ватикане… А ведь мы говорим о киборгах.
- Ну и что? – Гавел сел в другое кресло, напротив Катерины. – Вильям, они действительно были одинаковыми. Но мозги-то у них живые. Человеческие, пусть Гарибальди и изменил их генетическую структуру чуть ли не в зародышевом состоянии. Такой мозг – залог индивидуального психологического развития, которое не смогли подавить никакие программы.
- Почти люди… Уже не машины, но еще не люди, - пробормотал Вильям, опираясь ладонью о стекло. – Но имеющие свое мировоззрение, свои взгляды…
- Да, - Катерина чуть нахмурилась. – Пусть Трес и запрограммирован на подчинение мне, но на то была его воля. Это был его самостоятельный выбор.
- И его просьба, - мягко добавил Гавел. – К тому же, мы не подавляли его индивидуализации, как это делал Гарибальди в своей попытке создать универсальных солдат. Инквизиция, скорее всего, поступила так же.
- Но это по-прежнему не объясняет, почему Трес тогда слетел с катушек, а Бартоломео – нет. И почему взбесился сейчас.
Молчание. Гавел смотрит на киборгов и поглаживает бородку. Катерина теребит свой крест. Вильям ходит, опираясь на трость.
- Гарибальди, - раздается голос Сфорцы.
Оба патера смотрят на нее.
- Он запрограммировал киборгов на подчинение себе. То есть он был для них царем и богом. Создателем и отцом. Центром их несложного мирка. И вдруг этот центр, столп, на котором держалась вся система мировоззрений Homo Caedelius, исчез, - объяснила Сфорца. – Люди в аналогичной ситуации, как правило, впадают в панику, истерику, даже совершают самоубийство.
Наставник щелкнул пальцами.
- В точку, Катерина-сама. Когда я впервые увидел Треса, у меня было ощущение, что он как будто находится в прострации, растерян и… и даже испуган.
- А страх зачастую порождает агрессию, - добавил Вацлав. – Поэтому он и перешел в геноцид-мод тогда. Он просто запаниковал и отреагировал единственным доступным ему образом: решив уничтожить угрозу, все дестабилизирующие его сознание факторы. Помните, мы исходили из предположения, что Тресу нужен авторитет, командир, которому он будет подчиняться, который будет ставить ему боевые задачи? А на самом деле ему нужен был новый стержень, новый центр мира, который смог бы разъяснить, что и как. Который был бы неким гарантом его безопасноти. И вы, ваше высокопреосвященство, заняли место Гарибальди в картине мира Треса…
При этих словах Катерина потерла виски, словно у нее разболелась голова. На самом деле кардинал скрывала замешательство.
- А Бартоломео? – Вильям перестал расхаживать.
- Он оказался более крепким орешком и как-то сумел смириться с разрушением своего мира. Скажем так – психологически он оказался более устойчивым, нежели Трес. И в дальнейшем он вполне успешно адаптировался в Инквизиции.
- Став таким же вредным радикалом, как они.
- Это уже лирика, Наставник, - улыбнулся Вацлав. – Я тоже когда-то принадлежал к этим вредным радикалам.
- Чего-чего, а радикализма за вами, патер, я тогда не заметила, - усмехнулась Катерина. – Вы были приятно.. вменяемым и по-деловому строгим.
Все трое рассмеялись.
- Итак, Вацлав, вы считаете, что наш Трес проигрывает Бартоломео в выдержке и психологической стабильности и это является чертами его характера?
- Совершенно верно. Поставленные вами блоки контроля позволяют это компенсировать, но недостаточно... И вот это уже интересно. С прискорбием вынужден признать, что лично я не всегда понимаю, что творится в голове патера Треса.
Катерина резко встала и подошла к стеклянной стене. «Я хотел его избавить от блоков эмоционального контроля. Чтобы он перестал быть игрушкой в ваших руках... Он утверждал, что является вашей машиной», - сказал Бартоломео. А Трес ведь достаточно часто подчеркивал, что он – машина, а не человек. Опаньки... Кардинал вздохнула. Только таких проблем ей не хватало.
- Катерина-сама? – обеспокоенно окликнул ее Гавел.
- Я надеюсь, что Гарибальди в аду досталась смола покачественней, - пробормотала себе под нос Сфорца и спросила. – Профессор, какова вероятность внутреннего конфликта двух составляющих Треса, машинной и человеческой?
Вильям открыл и закрыл рот, явно пораженный.
- Ого...
- «Я – машина герцогини Миланской», - с усмешкой процитировал Стрелка Вацлав.
- Черт... – Вордсворт сел. – Он нас надул! Этот чертов киборг обвел меня вокруг пальца!
Ладонь Катерины скользила по стеклу. Со стороны казалось, будто она осторожно касается пальцами по фигурам двух киборгов.
- Нет, Наставник, не было никакого обмана. Тогда мы знали слишком мало о НС и не могли предположить, что он способен и на такое решение... – кардинал горько усмехнулась и прошептала. – «Я хочу быть твоей гончей»... Говоря это, он не только просил принять его на службу. Он отказывался от своей человеческой части. Потому что считал, что так легче перенесет утрату. И с тех пор твердит себе, что он – машина, чтобы избавиться от лишних проблем, с которыми сталкиваются все люди...
Профессор пригладил волосы неожиданно вспотевшей ладонью.
- Все это время внутри Треса идет конфликт, который подавляют блоки эмоционального контроля. Бартоломео спровоцировал его и чуть было не заплатил за это жизнью.
- И мы не можем прогнозировать, как поведет себя Трес, если блоки снова слетят, - заметил Вацлав.
- Почему у меня ощущение, что я оказал Стрелку медвежью услугу, поставив их?
- Потому что ты не знал, - голос Гавела подчеркнуто мягкий. – Никто не знал. Но если бы ты их тогда не поставил, то патеру Икусу пришлось бы несладко.
- Это был мой приказ, значит, все – на моей совести, - вставила Катерина. – Я должна была понять, что Трес – нечто большее, нежели просто киборг, еще когда он сказал, что хочет быть моей гончей.
Патер из Богемии покачал головой.
- Все не так просто. Я подозреваю, что сам Гарибальди до конца не понял, кого он создал. Ему нужна была армия идеальных воинов, универсальных солдат, непобедимых и покорных его воле. Но епископ не учел всех возможностей человеческого мозга. Я так думаю. Вряд ли он допускал, что его творения станут личностями.
Возражений не последовало. В том, что патер Икус – личность, а не какая-то кукла-истукан, игрушка кардинала Сфорцы, не сомневался никто в Аксе.  Собственно, ни у кого из агентов даже не возникало мысли воспринимать Треса как-то иначе. Хоть он и твердил, что является машиной.
- Что будем делать? – наконец Вильям задал сакаральный вопрос и посмотрел на герцогиню Миланскую. – Этого нельзя так оставить.
- А что мы можем сделать? – риторически вопросил Вацлав. – Попытаться объяснить Тресу, что он все же не машина? Один попробовал, вы сами видели, чем это закончилось. Сомневаюсь, Наставник, что вы составите конкуренцию брату Бартоломео по крепости.
- Я могу снять блоки эмоционального контроля.
- И в первой же моей перепалке с кардиналом Медичи Ватикан лишится главнокомандующего армии и главы Инквизиции. В принципе, ничего страшного, - уголки губ Катерины поползли вверх. – Но это будет стоить Тресу головы.
Вильям хмыкнул и, скрестив руки на груди, оперся о косяк двери.
- Хорошо, кто проведет со Стрелком диагностический, а затем и разъяснительный разговор?
Катерина и Вацлав переглянулись, затем оба посмотрели на Вордсворта. Тот отмахнулся.
- Забудьте. Я не настолько убедителен.
Вацлав перевел взгляд на кардинала. Та снова вздохнула.
- Я в любом случае буду с ним говорить.
- Кстати о разговорах... – Гавел многозначительно указал глазами на киборгов.
- Совсем забыл... – профессор быстро подошел к столу и нажал кнопку на встроенном в него пульте.

6

http://www.kolobok.us/smiles/mini/heart_mini.gif диалог между братьями произвел на меня неизгладимое впечатление.. спасибо вам, Катерина  http://www.kolobok.us/smiles/artists/mini/Laie_71mini.gif

Треееес!!! http://www.kolobok.us/smiles/he_and_she/give_heart.gif

7

Милая моя.. я тебе на все свои восторги на ушко нашепчу ))))

8

Monica Argento
:) :) Все хороши, но Трес - лучше всех? ;)  Воть продолжение.

4.

Пять лет назад
«Ты один из десяти, так иди вперед, иди...»

Сделай свой выбор... Хочешь умереть или вернуться к людям и жить дальше? Ее голос...
В голове необычайная пустота и легкость. Как будто кто-то стер часть данных. Исчезли все директивы, нет текущих миссий, не приходят сообщения, не обновляются данные... куда все подевались? Почему так пусто? Почему так тихо? Почему-почему-почему? Откуда это жемчужно-серое сияние? Это смерть или это та другая жизнь, которую ему предлагала... кто? Кто это был? Он пытается связаться с базой данной, но натыкается на невидимую стену. Нет ответа. Нет допуска. Словно незримые соединения резко оборвались. А часть микросхем расплавилась.
Холодно... Или пусто? Или все сразу? Как же люди называют это состояние? Когда вокруг нет никого, тебе холодно, когда прерван поток подачи данных? Кажется, одиночеством. Но он ведь не был одинок... И мозг нерешительно начинает вызывать... HC-IX… HC-IIX… Почему не отвечаете? HC-IVX… HC-VX… HC-VIX… Где вы? 
- Так, хорошо, осторожно поднимаем его...
Это кто? Епископ? Нет информации... Прострация усиливается. Где здесь верх, а где низ? Ориентация в пространстве - невозможна. Анализ – невозможен. Сканирование – невозможно. Дополнительные данные – нет допуска. Где-то глубоко внутри начинает что-то дрожать, судорожно сжиматься и разжиматься. Епископ говорил, что они совершенны, практически венец эволюции и торжество человеческого разума над самой природой. Но... кто такой епископ? Что происходит?!!! И в  тот момент, когда ему начинает казаться, что его разум вот-вот погрузится в хаос, раздается щелчок. Громкий и сухой, больно бьющий по аудиосенсорам. Автоматически возникает мысль: «Уменьшить порог чувствительности». И опять никакого ответа от систем. Его тело перестало ему повиноваться. Вспышка света. Снова щелчок. Жемчужное сияние тускнеет, сквозь него проступают какие-то линии, пятна...
- Наш мальчик приходит в себя, - говорит кто-то.
Он понимает и не понимает этих слов одновременно. Сбой в какой-то из основных программ. Плохо.
Открой глаза. Это позволит провести визуальное сканирование.
- Ну, как ты? – осведомляется  человек в черной сутане и странным предметом во рту. Это трубка. Люди ее курят. Пагубно для здоровья. Но лицо этого человека, мужчины, приятно... Сумбурность в мыслях начинает раздражать.. Почему не отвечает HC-IIX? Почему он не находит текущих заданий? Миссия не могла быть отменена –  соответствующая команда нигде не зафиксирована.
«Стреляй». Он неожиданно дернулся. Лицо человека перед ним изменилось, он повернул голову вправо.
- Что там?
- Какие-то аномальные всплески на энцефалограмме, профессор. Кажется, он пытается вспомнить.
- Шустрый мальчик, - усмехается человек и кладет руку ему на плечо. – Успокойся, мы сейчас постепенно откроем все каналы доступа к твоей базе данных. Справишься с потоком информации?
- Позитив.
- Хорошо. Пока скажи мне свое имя.
- HC Трес Икус.
Человек снова посмотрел направо: там находился источник второго голоса. Периферийное зрение восстановилось, киборг фиксирует движение – второй человек кивнул.
- Третий из десяти Кукол-Убийц...
- Прошу уточнить информацию.
- А он нетерпеливый, - тихий смех слева.
Он начинает поворачивать голову на звук и замирает, ощутив в районе шеи острую...боль?
- Потерпи, скоро получишь обратно свою память и все данные. Астериксис, начинайте снимать блокировку, - рука человека с трубкой по-прежнему лежит на его плече.
Капелька. Еще одна. Капельки сливаются в тонкую струйку. Одна струйка, две струйки, три, вместе – ручеек... Он не смог сдержать блаженного вздоха, ощущая всеми нервными окончаниями, как просыпаются и начинают работать на полную мощность системы. Он снова обретает себя, становится тем, кем был. Жемчужно-серая дымка исчезает, в карих глазах мелькают золотые отблески. Он – HC-IIIX, Трес Икус, Кукла-Убийца в составе специального подразделения, которое создал профессор Джепетто Гарибальди. Их целью была смена существующего режима. Основная миссия – захват замка Сан-Анджело. Провалилась. Последняя мисcия: оборона базы. Последний приказ... В голове шелестит голос: «Стреляй». Мышцы киборга непроизвольно напряглись, рука потянулась к кобуре... Он - Homo Caedelius, Человек Убивающий... Стоп. Так кукла или человек?
«Стреляй...»
Отдаленный крик: «Сестра!!!»
Другой голос, тихий и мелодичный, грустные глаза цвета льда: «Не надо».
Вспышка. Его собственный голос:
- Я не человек...
- Тогда почему...
Вокруг все залито красной жидкостью. Такой цвет имеет питательная жидкость, циркулирующая в организмах людей и называющаяся кровью. Но лежащие вокруг тела и их фрагменты – не люди, а киборги. Эта жидкость – из их тел. И она тоже красная.
- Почему она тоже красная? – это произносят сразу два человека.
У одного волосы цвета серебра, у другого – золота.
- Я – машина!
Как этот человек прошел сквозь их оборону? 540 секунд назад HC-VX сообщил, что враг значительно превосходит их по численности, но уступает в огневой мощности и остальных характеристиках. Они пока удерживают базу.
«Стреляй».
В руках человека появляется странный предмет, похожий на косу. Угроза. Ликвидировать опасный объект. Локтевой сустав правой руки взрывается...
Открой  глаза. Сделай свой выбор, активационный номер III-X, Homo Caedelius.
Все киборги его серии мертвы. На вызов не откликнулся никто. Пусто... Холодно...
- Профессор Гарибальди?
Люди вокруг него переглядываются, человек с трубкой легонько сжал его плечо.
- Мне очень жаль, сынок. Он мертв. Ты, похоже, единственный, кто выжил.
«Я не позволю тебе сломаться»...
Молодая женщина с золотыми волосами в алом.. Нежные прикосновения... Позвякивающий драгоценный крест. Стук каблуков. Он обводит взглядом помещение и находит ее. Она стоит в стороне, рядом с тем самым священником, глаза которого имеют такой странный цвет... Цвет замерзшего озера... Она ждет.
Пустота и холод страшат. Он не хочет вечно жить с этим. Не хочет ощущать этого. Не хочет вспоминать залитые питательной жидкостью серые каменные плиты и искореженные тела – сейчас это слишком больно. Больно? Еще одно ненужное ощущение.
«Мне очень жаль, сынок. Он мертв». А... а как же он, HC-IIIX? Он хотел жить, но... как это делать? И снова его взгляд встречается со спокойными и ласковыми глазами золотоволосой женщины. Запоздало приходит индентификация: герцогиня Миланская, кардинал Катерина Сфорца, глава МИД Ватикана. Эти глаза обещают жизнь. Другую, но жизнь.
Он встает и преклоняет колено, попутно замечая, что облачен в такую же черную сутану, что и окружавшие его люди. Кроме кардинала. Ее одеяния полыхают закатным огнем...

...Кардинал опускает пальцы в чашу со святой водой и чертит на его лбу крест.
– Пусть помыслы и душа твои будут чисты и устремлены к Богу, а рука не дрогнет, защищая дело Святой Церкви... – она наклоняется и касается губами его лба.
Неслышно подходит еще один священник с красной атласной подушечкой в руках. На ней поблескивает золотой с красными драгоценными камнями крест. Его крест. Трес смотрит, как Катерина Сфорца изящно берет цепочку, и снова покорно склоняет голову. Легкое прикосновение, золотистый локон задевает его щеку. Стоявший слева от Катерины профессор Вордсворт довольно кивнул, легкая добрая улыбка появилась на лице другого патера, Вацлава Гавела. Еще один священник, Абель Найтроуд, улыбается широко и весело поблескивает своими очками. По электронным нервам прошел импульс: то существо, располосовавшее его на части во дворе замка епископа, тоже было Абелем Найтроудом. И Тресу предстояло встретиться с ним снова. Если на то будет воля ее высокопреосвященства.
– Во имя Отца, Сына и Святого Духа... – изящная рука в белой с золотыми крестами перчатке перекрестила его. - Аминь. Встаньте, отец Трес Икус.

9

+ еще полчаса бурных восторгов на ночь )))))

10

Duo Iqus
Уже подставила ушко. ;-)

5.

Дуо смотрел на закрывшуюся за кардиналом Сфорцей дверь, а Трес изучал лицо брата. Непохоже, чтобы они с Катериной говорили на повышенных тонах, хотя та была вправе желать мести, как это часто случалось с людьми.
- Ты хотел, чтобы они меня перепрограммировали, - ровно произнес НС-IIX.
В отличие от Треса, его голос был мелодичным и более мягким.
- Позитив.
- Ты хотел, чтобы меня уничтожили.
- Ты пытался меня ликвидировать, стерев мою память.
Взгляды скрестились подобно клинкам. Один из них вооружен, другой наполовину обездвижен и зависит от сложной аппаратуры. Первому нужно выдернуть всего несколько шлангов, по которым идет питательная жидкость, чтобы второй перестал существовать.
- Я хотел, чтобы ты снова стал свободным. Эти блоки тебе не нужны. И уничтожение твоей памяти не было моей целью.
Эти данные – мусор...
Трес отвел взгляд и коснулся своего креста.
- Я хочу быть твоей гончей...
Сомнение на красивом лице, удивление и некоторая растерянность в серых глазах
- Ты уверен?
- Позитив.

- Ты не машина, - тихо произнес Дуо, наблюдая за братом.
- Я свободен, будучи машиной. Мне так хорошо, - Трес невозмутим и хорошо себя контролирует.
Для машины мир кажется более упорядочненным, в нем нет проблем, которые мучают людей. Логика машины проста и безупречна и помогает избежать многих этических диллем. Иногда она даже позволяет забыться.
Киборг-инквизитор помотал головой и приподнялся на локте.
- Не могу понять тебя, НС-IIIX. Почему ты меня не убил?
- Ты сделал выбор.
Лицо Дуо окаменело.
- Ты забыл? – понизив голос, спросил Трес. – Ты хотел жить.
... Ты хочешь умереть или вернуться к людям? – шевелятся ее губы.
- Я хочу жить...

- Она тоже тебе предложила выбрать? – сейчас Дуо судорожно пытался восстановить ход событий и понять, почему он тогда так сказал.
Почему он слышал голос Катерины Сфорцы. И почему его брат так легко отказывается от своей уникальности и свободы, предпочитая быть на побегушках у женщины-кардинала.
- Позитив.
- Так это то, что ты выбрал сам?
- Позитив.
НС-IIX смотрит пустыми глазами в потолок.
- Не верю.
- Твое право.
- Ты отказался от других. Ты отказался от нашего Отца. Ради... нее?
- Негатив. От меня не требовали отрекаться от своего прошлого. Мне предложили будущее, - Холодный металлический голос. – Разве ты не сделал то же самое?
- Это другое.
- Негатив, НС Дуо Икус. Ты служишь тем, кто убил других из нашей серии, кто преследовал того, кто нас создал. Разве это не отказ?
Дуо приподнял бровь. Эмоции? Пусть ехидные, язвительные, но... это ведь эмоции? Между тем лицо Треса по-прежнему хранит ангельское спокойствие.
- Они меня не изменяли, - инквизитор пожал плечами. – Только обновили программное обеспечение..., - он осекся, встретившись с пристальным взглядом карих глаз НС-IIIX, в которых помимо интереса было еще что-то.
Так брат Петр смотрел на брата Андреаса, когда Дуо возвращался с заданий не совсем целым и маленький механик начинал вздыхать так, что от жалости рыдал даже брат Якоб. Сочувствующе.
- Мы опасны для людей, Дуо, если не контролируем себя. Люди это понимают. И принимают меры.
За стеклянной стеной аксовцы обменялись ошеломленными взглядами, Вордсворт пробормотал что-то нелестное в адрес епископа Гарибальди.
- У меня нет ограничителей, - Дуо снова лег и, отвернувшись от Треса, принялся изучать содержимое полок шкафа напротив
- Попробуй застрелить кардинала Медичи. Вряд ли у тебя получится, - Трес помолчал и спросил, направляя разговор в другое русло. – Почему ты служишь Инквизиции?
- Мне больше некуда было идти, - НС-IIX сознательно опустил часть правды.
Не признаваться же Тресу, что он испугался одиночества и участи изгоя, за которым все охотятся.
- Мне тоже. А кардинал дала слово, что не позволит, чтобы я сломался. И его держит.
- Она не сможет его сдержать. Она всего лишь слабое органическое существо..., - неуверенно начал Дуо.
- Ты жив благодаря ей. Ее приказу.
Дуо гордился своим умением распознавать большую часть эмоций и чувств людей. Но вещи нематериальные, которые он не мог увидеть, просканнировать, потрогать или как-то иначе исследовать, все еще ставили его в тупик. Теоретически он знал опеределения части из них и даже мог прочитать небольшую лекцию о чести, достоинстве, терпении. Но вот то, что касалось силы, тот тут он признавал только одну ее разновидность: физическую, техническую и огневую. А ту, которую брат Петр называл силой духа, Дуо определял как хорошую мотивацию. Хотя этот термин не всегда казался подходящим для оценки некоторых действий членов Инквизиции. Например, все говорили о силе духа сестры Паулы, когда она расставалась с частью своих доспехов, оставляя открытыми конечности и верхнюю часть грудной клетки, и так шла в бой. А Дуо про себя думал, что это легкомысленно, неудобно и опасно. Вслух, разумеется, ничего подобного не говорил – Паула не посмотрела бы, что киборг: свернула бы в бараний рог. По крайней мере, попыталась бы.
И сейчас у второго Икуса возникло ощущение, что он снова столкнулся с этой самой силой духа.
- Она сильна... духом?
- Позитив. Они все сильны, - по тону Треса невозможно было разобрать, понял он о чем речь, или только сделал вид, что понял.
- Она приказала меня не убивать?
- Негатив, она приказала начать твой ремонт и восстановить все, что необходимо для поддержания твоей жизнедеятельности... Решение не ликвидировать тебя целиком принадлежит мне.
- Почему?
- Потому что ты выбрал.
- Профессор Вордсворт говорил, что ты...
- Он ошибался, - спокойно прервал его Трес. – У меня были неполадки в системе наведения. Моей целью была твоя ликвидация, так как ты поставил под угрозу успешное выполнение моей миссии.
Вордсворт хорошо поработал, с неясной горечью подумал Дуо. Брат казался непрошибаемым, закованным в доспехи, за которыми не было видно его настоящего лица. Но все честно: у него был приказ уничтожить любую помеху, такой же приказ наверняка был и у Треса. А когда-то... когда-то они стояли плечом к плечу и прикрывали друг друга.
Инквизитор поднял правую руку, теперь лишенную синтетической плоти, несколько раз сжал и разжал ее, наблюдая, как двигаются микро-соединения на пальцах. «Люди... Что... они сделали с нами?»
- И остался бы один, - не удержался от ехидной реплики Дуо. – Приятное ощущение уникальности?
Трес склонил голову и чуть слышно произнес:
- Я не буду один.
На этот раз НС-IIX промолчал, хотя очень хотелось сказать, что никто из людей не вечен, в том числе кардинал Сфорца.
- Зачем ты пришел? – резко спросил он.
- Меня послали разыскать ее высокопреосвященство.
Губы Дуо изогнулись в слабой иронической усмешке. Он  вспоминал слова Катерины о Тресе и невольно восхищался тому упорству, с которым брат играл роль послушной машины.
- У тебя плохо получается.
- Утверждение не понято.
- Плохо получается изображать машину. Даже твоя начальница считает, что ты не машина. Ты обманываешь только сам себя. Пытаешься подавить эмоции и не можешь этого сделать.
В глазах Треса загорелись багровые огоньки. Дуо продолжил:
- Ты такой же, как и я. А я – не машина. Я киборг, синтез человеческого и механического. Я живое существо, пусть и созданное искусственно. Ты такой же, НС Трес Икус, - пафосно, но выдержано в духе речей епископа Гарибальди.
Он проследил, как брат медленно прошел вглубь лаборатории и взял какой-то инструмент.
- Я тот, кем себя считаю. Как и ты, - сказал Трес. – Ты сделал свой выбор, я – свой.
- Я не уверен, что свой выбор ты делал сам, - хмыкнул Дуо.
- А я не уверен, что ты сам додумался до такого определения себя, - парировал Трес.
- Мне сказали...
- А я придумал сам, - Трес сложил инструмент в коробку и направился с ней к выходу. – В следующий раз не пытайся мне помешать.
- И что же будет, если я попытаюсь?
- Разберу на запчасти, - беззлобно пообещал киборг Акса. – Наставник будет в восторге.
С этим словами он вышел, оставив Дуо в неком подобии ступора. Впрочем, не его одного.

11

6.

- Нашего Треса несет... – пробормотал ошаршенный Вильям. – Катерина-сама, вам придется с ним очень хорошо поговорить.
- Наставник, я похожа на психолога? – спросила Катерина, все еще смотревшая на ворочавшегося на столе брата Бартоломео.
- Только вас он будет слушать, поставив уши торчком... Господи, пошли мне поскорее инквизиторов, чтобы они забрали этого киборга. Мне с лихвой хватает одного ненормального!
- А блоки? Вильям, ты же говорил, что поставил их... – молвил Гавел.
- Поставил и они работают. Иначе мы бы сейчас собирали эти самые запчасти.
- И ничего не модифицировал? – с подозрением задал второй вопрос Верующий.
За это он удостоился одного из самых кривых взглядов Вордсворта.
- Я что, похож на психа или дурака?
- Психом тебе кое-где все же считают, - заметила Катерина. – Например, на некоторых кафедрах Университета Лондиниума.
- Они просто ограниченные консервативные тупицы, - махнул рукой Вильям. – Нет, ничего я не модифицировал. Скорее всего, это опять лезет индивидуальность Стрелка.
- Хорошо, что их только двое, - вздохнул Вацлав. – Пары таких сотрудников наш отдел не вынес бы...
- Негатив, патер Гавел. Дополнительные единицы моей серии были бы очень полезны Аксу.
Все резко обернулись, и Вордсворт воскликнул:
- Святые мощи, Трес! Разве тебя не учили стучаться?!
Стрелок выглядел озадаченным.
- Негатив, но я внесу поправку в свою базу данных, - он протянул профессору коробку. – Это то, что вы просили. Катерина-сама, по моим данным в это время вы должны уже отдыхать. Разрешите проводить вас до ваших аппартаментов.
- «... И тут пришел патер Трес и испортил все веселье», - процитировал чей-то отчет Вильям.
- Утверждение не понято, но характеру фразы и построению слов я предполагаю, что автором этого утверждения является Крусник.
Вильям открыл было рот, но его опередила Катерина:
- За давностию лет история умалчивает имя автора. Не так ли, патер Гавел?
- Совершенно верно, ваше высокопреосвященство, - подыграл кардиналу Вацлав.
Трес как-то странно подернул плечами.
- Хорошо, всем спать, действительно засиделись... – Сфорца выразительно посмотрела на Наставника и глазами указала на Дуо за стеклянной стенкой. – Пойдем, Трес. Спокойной ночи, господа.
Оба патера поклонились.
В коридоре Катерина внимательно посмотрела на киборга. Тот ответил таким же взглядом.
- Трес, кажется, нам надо поговорить о неких философских понятиях.
- Позитив.

***
Инквизиторы заявились ни свет, ни заря, но были на редкость вежливыми. Брат Андреас с глубочайшим вниманием выслушал все инструкции профессора Вордсворта и согласился, что порой киборги НС напоминают одну большую занозу в мягком месте. О чем уже на территории штаб-квартиры Инквизиции сообщил Дуо Икусу.
Катерина наблюдала за суетой из окна своего кабинета. Когда из лаборатории Вильяма вывезли носилки с НС-IIX, она осторожно отодвинула штору, чтобы лучше видеть. Киборг, похоже, засек движение, потому что повернул голову в ее сторону. Их глаза снова встретились, и Катерина слегка кивнула. Затем она повернулась к стоявшему за ее спиной маленькому священнику-киборгу.
- Может, мы еще пожалеем о своей доброте, но по крайней мере в этом случае наша совесть будет чиста.
- Позитив, - согласился Трес Икус. 

Конец.

12

мне было интресно. снимаю шляпу )

13

Отличный фанфик. Я прочитала почти все фики в категории Trinity Blood на fanfiсtion.net, их там более 500, но ничего настолько качественного и осмысленного там и близко нет. Один из лучших фиков, которые я читала на руском языке. Потрясающе.
Насчет Треса и Дуо в Trinity Blood - это... это почти Джей Си и Пол Дентоны в японском исполнении (ну, если сделать некоторые допущения... :)), и японское исполнение мне нравится гораздо больше спекторовского. Такой потенциал... который и был воплощен в фике, на мой взгляд, просто великолепно.

14

Isaak Fernand von Kempfer
Спасибо. :) Зело рада, что было интересно.

Lina
Благодарю. )) Погрели, что называется, авторское самолюбие.
В каноне отношения Треса и Дуо были несколько иными - в эпизоде Gunmetal Hound Трес таки убил Дуо. Как они относились друг к дружке до того, как попали один в Акс, другой в Инквизицию -  неизвестно. На японском, может, что-то и есть. Но это не переведено. ( Таким образом все это - мои собственные домыслы. Как могло бы быть, если бы... и т.д.

15

Katerina Sforza
Понравилось очень, потому что люблю грамотно написанные, качественные и интересные фики. Зацепило. А когда цепляет, это означает, что автор талантлив. Да что я говорю? Вы просто молодец.)

16

Мельхиор фон Нойманн
Спасибо. :)


Вы здесь » Trinity Blood » Творчество: фанфики » Стальные гончие. Эп. 1